Генералиссимус
Группа: Проверенные
Сообщений: 34
Репутация: 4
Статус: Offline
| 
Стало очевидным, что Хип - Хоп сегодня достиг таких вершин, что один из наиболее уважаемых рэпперов (среди фанов со всего мира) является наиболее продоваемым по всему миру. DMX сделал себе репутацию в этой жестокой рэп игре, бегая по лезвию бритвы и создавая себе имидж исполнителя, который редко использует "фанеру". Благодоря всему этому мировые чарты часто содержат в себе строчку с именем DMX. Первые три альбома дебютировали на первом месте и за полтора года было распродано свыше 10 миллионов пластинок. Вместе с NAS и Jay-Z (которые приняли участие в записи пластинок как на коммерческой основе, так и по собственной инициативе) DMX сегодня - важная фигура в хип - хопе. DMX - МС с грубым голосом, дебютировал с the LoX на кассете которую свел DJ Clue, тогда это был первый опыт не выходящий за пределы родного гордка DMX'а. Серьезная жизнь началась в начале 1998 года, когда сингл "Get me a Dog" стал теле-радио хитом. Однако публично DMX появился гораздо раньше - получив награду журнала the Source "Unsigned Hype" (1991). Спустя пару лет он подписал контракт с Columbia, но контракт закончился до начала записей. DMX участвовал в телегах LL Cool J, Mase, и Mick'a Jeronimo, затем подписал контракт с Def Jam в 1997. Его альбом " It's dark and Hell is hot" дебютировал на первом месте в Мае 1998 года, став в последствии 4 раза платиновым. "Flesh of my Flesh, Blood of my Blood" последовал всего 6 месяцев спустя и тоже сразу занял верхнюю строчку чартов. А в конце 1999 года DMX выпускает "And there was X" , который уже по традиции сразу же попадает на первое место. DMX Американцы любят DMX и почему–то доверяют его песням. Рэп–пресса констатировала рождение нового Тупака, но DMX не рассчитывал на дешевую славу. То, через что ему пришлось пройти к нынешнему триумфу, стоило гораздо большего, нежели просто прекрасно проведенного промоушна или работы с самым крутым продюсером в мире. С его приходом Восточное побережье вновь регенерировалось, получило новое звучание и голоса поклонников хип–хопа. Оригинальность этого исполнителя состоит в том, что он абсолютно ни на кого не наезжал и смог избавиться от порочных связей с ритм–энд–блюзом, а также от дурной привычки многих признанных рэпперов говорить только о себе и о своих. На треке "Prayer" (из его платинового альбома "ItТs Dark And Hell Is Hot") есть такие строчки: "Я лишь боюсь, что мои слова услышат только после того, как меня не станет/ Хотя все в порядке — я не рассчитываю жить долго/ Однако, если мне уготовлены страдания ради того, чтобы мои братья увидели истинный свет,/ Награди меня, Боже, неземной болью, но поставь на правильный путь". Многим эти слова могут показаться строками Тупака Шакура, но они принадлежат Ерлу Симмонсу (Earl Simmons), скрывающемуся под псевдонимом DMX (Dark Man X). Станет ли он пророком в своем творчестве, покажет время. А пока читайте его историю. DMX рос без отца в многодетной семье. Ерл Рассел вместе с пятью его сестрами воспитывались одной матерью. Ерл, обычный нью–йоркский парень с открытым и добрым сердцем, рос на улице, слыл прогульщиком и лентяем. В связи с постоянным отсутствием денег в семье он пристрастился воровать. В один прекрасный день он обокрал одноклассника, наставив на него дуло самодельного пистолета. После этого происшествия мать, которая желала Ерлу только добра, хитростью отдала его в интернат. Ерл приехал туда якобы на отдых. Мать же поговорила с директором и оставила его там со словами, что скоро приедет и заберет домой... Они встретились только через полтора года, когда Ерлу уже грозила тюрьма или исправительно–трудовая колония. Единственным человеком, который от рождения больше чем кто бы то ни было заботился о единственном внуке, была бабушка Ерла Мэри Элла Холлэуэй, которой он позже посвятил свой дебютный альбом. Имея за своей спиной столь трудное детство и молодость, к 18 годам Ерл сочинил около 200 философских песен, в которых выразил свои мысли и детские страхи. В конце 1991 года он записал свой первый промоушн–сингл "Born Loser" на Columbia Records и, несмотря на коммерческий провал, получил престижную награду "Unsigned Hype" от журнала "The Source". Однако, как и в случае со многими другими молодыми нераскрытыми талантами, лейбл предпочел занести его в список ожидающих своего часа. "Columbia намеренно тянули время, —– вносит ясность Симмонс. — Сначала они принялись раскручивать KRISS KROSS, за ними следовали CYPRESS HILL и только потом я". Ерл заявил им, что он ничем не хуже этих парней, но толку было мало, и он попросил свободу. К счастью, никаких особых обязательств перед лейблом у него не было, и ним с радостью распрощались.
Симмонс не вешал нос и часто подбадривал себя мыслями, что когда–нибудь кто–то скажет в его адрес: "На этом парне можно и стоит сделать большие деньги, потому что в нем что–то есть!". Он взял себе прозвище DMX, которое первоначально расшифровывалось как Divine Master Of Unknown, и с головой окунулся в бурлящую реку хип–хоп–проектов, которыми занимались в его родном районе Йонкерс SCHOOL STREET PROJECTS. Прошло какое–то время, и о DMX (a ka Dark Man X), узнал весь мир. Полный список чужих композиций и альбомов, на которых он читал, слишком велик, так что ограничимся лишь ключевыми позициями, а именно LL Cool J "4,3,2,1", Mic Geronimo "Usual Suspects", CamТron "Pull It", а из последних Mase "24 Hrs To Live", THE LOX "Money, Power & Respect", Ice Cube "We Be ClubbinТ (Remix)" и ONYX "Shut Сem Down". После такой солидной саморекламной кампании на Def Jam Records сочли за честь подписать с ним контракт, и мало кто сомневался, что записи этого талантливого рэппера легко найдут своих поклонников. Хотя вряд ли кто–нибудь мог предвидеть, что дебютный диск DMX "ItТs Dark And Hell Is Hot" будет дебютировать на вершине "Billboard Top 200" с 251 000 проданных копий в первую же неделю после выхода в мае 1998 года. В то время как обыватели потянулись длинной вереницей в музыкальные магазины, чтобы сделать приятную покупку, критики хотели найти ответы на два резонных вопроса касательно DMX и его дебютного альбома. Во–первых, их интересовало, как рэппер справился с той шумихой и быстрой известностью, которые свалились на него в последнее время. И во–вторых, работать с другими — это одно, а сможет ли он без существенной поддержки со стороны записать свой собственный диск? Вышедший альбом наглядно продемонстрировал, что связи и слава оказались по крайней мере вторым делом для DMX. Из "гостящих" на альбоме только Jay–Z ("Murdergram") и Mase с THE LOX ("Niggaz Done Started Something"). В остальном — DMX в своей особенной красе: говорит как будто поет — поет говоря, необычный диалект, непредсказуемые смены настроения и стильность. Первый сингл "Get At Me Dog" вообще можно рассматривать как собственный гимн рэппера. Там есть слова: "Я воровал только для того, чтобы поесть/ И еще тысячи таких же, как я, толпятся на улицах./ Живут только для того, чтобы поскорее умереть". Скажу вам по секрету: DMX умеет очень натурально лаять и при любой возможности демонстрирует этот свой талант. На следующем треке "Damien" в лучших традициях больших выдумщиков Slick Rick и Biggie Smalls он якобы заключает сделку с самим дьяволом, чтобы тот помог ему стать знаменитым рэппером, а он в свою очередь должен избавиться от своих друзей, сесть на одни наркотики и секс. Название "Crime Story" говорит само за себя (после нападения на него, в котором участвовало около десяти человек, у Ерла остался глубокий шрам под левым глазом и еле оправившаяся от перелома челюсть), а "Let Me Fly" — один из самых показательных треков, где DMX раскрывает все свои таланты. Впрочем, с большой уверенностью можно сказать, выход замечательного во многих отношениях "ItТs Dark And Hell Is Hot" — не единственное заметное событие. Сразу же за его дебютным альбомом увидел свет (правда, только в виде промо–материала) альбом–сборка всех самых удачных композиций DMX и Canibus, который многим напоминает Ракима в молодости. Свежие силы хип–хопа быстро сделали себе карьеры, но их уже побаиваются и ставят в один ряд с проверенными временем ветеранами. Пройдет немного времени, и о них заговорят, как о легендах. Вот тогда этот диск станет классикой и большим раритетом. Есть также еще один интересный виток в биграфии DMX-а именно то, что известного рэппера пытались привлечь за изнасилование. 29–летняя танцовщица одного из нью–йоркских клубов подала исковое заявление в районный суд Бронкса, в котором обвинила Ерла Симмонса в том, что он ее изнасиловал. DMX был арестован через пять дней после якобы имевшего место сексуального насилия и был выпущен под залог в 10 000 долларов до судебного слушания этого дела. Ерл часто невменяем, когда пьян. Если хорошо вспомнить, на его альбоме есть песня "X Is Coming", в которой имеют место следующие строчки: "И если у тебя будет дочь старше 15 лет, я изнасилую ее", но это, как выразился сам DMX, следует понимать фигурально, из разряда того, что пожелаешь своему злейшему врагу. На самом деле Ерл Симмонс никогда и никого не сможет изнасиловать. Эту женщину он вообще в первый раз в жизни увидел в суде и с радостью согласился сдать кровь на анализ ДНК, который должен был прояснить картину. И через месяц дело, естественно, было закрыто, перед ним извинились, а невиновный DMX на радостях женился на своей давней подружке Ташиире, от которой у него 5–летний сын. На этой счастливой ноте можно бы и закончить этот рассказ. Так что будьте уверены, пока вчерашние рифмы DMX крушат авторитеты направо и налево, он уже подготовил новые. Он силен, потому что никого и ничего не боится. Даже смерти и ада. ' *********************************************************************************************************************************** ****************************************************************************
Помните у ВИА-Гры – "Послушанье - это не мое, я иду по встречной полосе. Нет ничего лучше, чем несовпаденье, нет ничего хуже, чем быть как все!"? Такое впечатление, что Dark Man X взял на вооружение этот лозунг и образ действий еще до того, как это озвучили три гарные дивчины с отечественной эстрады. Мотивацию тех или иных поведенческих моментов человека принято искать в его детстве. Да и даже без этого, разве не интересно узнать, чем дышал в нежные годы такой человек как DMX. Может быть, его страсть к скоростной езде на машинах, не просто блажь скучающего удачника. Предлагаю вам отрывок из его автобиографии "E.A.R.L. The Autobiography of DMX". Меня зовут Эрл Симмонс. Я был рожден 18 декабря 1970 года, в районе Mount Vernon, Нью-Йорк. Я был первым и единственным ребенком Арнетты Симмонс и Джо Баркера. Я всегда ненавидел свое имя, потому что оно казалось мне таким заскорузлым, и еще вот что - у меня нет ни одного отчества. Я не знаю, почему моя мать не захотела дать мне какое-то из имен тех мужиков, с которыми она встречалась, ведь их вокруг было предостаточно. Моя мать узнала, что она была беременна мной, когда ей было девятнадцать. Это было плохо, потому что она уже имела двухлетнюю Бониту, и не планировала заводить второго ребенка. Так что она приехала в этот дом для незамужних матерей в Mount Vernon и попросила, чтобы ее сестра забрала на время Бониту, потому что ее "нервы расшатались". Моя сестра оставалась с нею до тех пор, пока я не родился, в то время как моя мать пробовала собрать свою жизнь. Когда мне был год, мама моей мамы умерла, и даже с учетом того, что мама выросла вдали от неё, она потеряла единственного человека, к которому могла обратиться за помощью. Лаверна не взяла бы обоих ее детей, и таким образом моя мать была вынуждена понять, что должна найти собственное место. В районе Yonkers было больше кварталов для семей с низким доходом, чем в Mount Vernon, и туда-то мы и переехали. Мы жили в маленькой, темной, квартире с одной спальней, в здании, которое называлось Roker. Моя мать получала социальное пособие, и ей было действительно трудно заботиться о нас и оплачивать все счета и арендную плату в то же самое время. К тому же я был болезненным ребенком. Я унаследовал букет аллергий от нее и бронхиальную астму от моего отца. Мои дела постоянно были плохи. Я помню много страшных ночей, когда вскакивал задыхаясь. Моя мать вынуждена была частенько обращаться со мной в пункт первой помощи, где они периодически оставляли меня на всю ночь. Иногда моя астма настолько брала меня за горло, что им приходилось держать меня у себя в течение целой недели, и никогда они не могли сделать что-то путевое. Однажды ночью я должен был возвратиться в больницу три раза подряд, потому что лекарства, которые они отсылали мне домой, не помогали. Тогда доктора назначили мне дыхательную терапию. Я должен был лежать в этой кровати под белым сетчатым куполом, и они туда накачивали обогащенный лекарствами воздух. Ты не можешь там двигаться или выйти куда-то, и я не забуду как лежа в этой ловушке, вынужден был часами только и делать, что вдох-выдох и ничего больше. Весной и летом я бывал под той сетью почти каждую неделю. Я никогда не знал, помогает это или нет. Один раз у меня был такой сильный приступ астмы, что, как сказала потом моя сестра, у меня перестало биться сердце, и медработники вынуждены были забрать меня из дома на носилках, потому что я почти умер. Я не помню этого, но что я действительно помню, так это день, когда я был сбит автомобилем. Я играл один на улице и нашел гривенник. Я так разволновался: он был серебряный и весь сиял. Я немедленно захотел пойти в магазин, но проблема состояла в том, что я знал, что мне придется пересечь Riverdale Авеню, чтобы туда добраться, и это было довольно серьезное путешествие для ребенка моего возраста. Но через несколько секунд я набрался храбрости и припустился поперек улицы. Я сделал это чтобы купить то, что мне хотелось: леденец на палочке и "супершар". Знаешь, такие шарики, которые летают как сумасшедшие во все стороны и громко соударяются. Да! Я - мужик... И вот по пути обратно это и произошло. Удар был так силен, что я пролетел пол улицы, оказавшись под припаркованным у обочины автомобилем. Но, по некоторым причинам, даже при том, что я был ужасно травмирован, я ничего не чувствовал. Все, о чем я мог думать, это как моя мать надерет мне задницу, потому что я не должен был уходить. Когда я попробовал встать, увидел прямо перед собой леди с блокнотом в руках; она, должно быть, проверяла парковочные счетчики или что-то такое. Она стала кричать "Не вставай, не вставай!". Тогда собрались еще какие-то люди, и все стали кричать. Могу себе представить, каково им было видеть маленького мальчика, оказавшегося таким вот образом под машиной. Все столпились вокруг, и затем кто-то положил мне под голову куртку, и я так и лежал на улице, пока не прибыла санитарная машина. К счастью, я ничего не сломал, и через несколько недель поправился, но больнее всего было, когда я узнал позже, что мог получить немного денег за счет этого несчастного случая. Прикинь, мало того, что водитель проехал на красный свет, он к тому же был пьян. Спустя месяц после несчастного случая человек из страховой компании приехал к нам домой, чтобы обсудить компенсацию, и моя мать отвергла десять тысяч долларов! "Спасибо, но мы не нуждаемся в ваших деньгах, сэр" - сказала она ему. "Моя семья относится к Свидетелям Иеговы, и наша вера учит нас быть самостоятельными". Фигассе?! Это был куш, который должен был стать моим, когда бы я немного подрос, деньги, с которыми я мог бы подняться! Половина детей в гетто обычно получает небольшую сумму, когда они достигают определенного возраста. И только благодаря тому, что с ними что-то случалось, когда они были помоложе. Почему не я? И раз уж страховая компания предлагала десять тысяч долларов, моя мать, возможно, выстояла бы и добилась намного большего. Был сбит ребенок во время вождения в состоянии алкогольного опьянения, да еще и при проезде на красный свет! Я не понимал, почему Свидетели Иеговы так пошутили с моими деньгами, но тот человек даже не дал моей матери времени одуматься. До этого, пока я был ребенком, я любил Свидетелей Иеговы. Леди, которых моя мать приглашала в качестве сиделок для меня и моей сестры, всегда брали нас с собой в разные церкви, благодаря этому я получил опыт в религиозных делах. Моя мать говорила, что ей нравится строение Свидетелей Иеговы, и я всегда наслаждался, когда она водила нас в местный Kingdom Hall на службы. Я помню небольшие золотые книги Библейских историй, которые они там раздавали, и еще я имел обыкновение читать журнал The Watchtower. Во время служб там часто задавали вопросы об этом чтиве. Я помню, один раз мне хватило храбрости, и я поднял руку, чтобы ответить. Зал в тот день был главным образом заполнен взрослыми, но проповедник заметил меня. Он сказал: "Да. Вон тот молодой брат", приближаясь ко мне с микрофоном. Я не помню сейчас сам вопрос, но независимо от того, каким он был, я дал правильное толкование. "Превосходно, молодой человек. Превосходно!" Это было приятное чувство. Обычно я знал ответы на всю эту байду. Каждые несколько месяцев, мать брала нас на одну из конференций, которые Свидетели имели обыкновение проводить на большом стадионе в пригороде Нью-Йорка, и эти походы я недолюбливал, потому что, как правило, стеснялся. Когда все остальные отправлялись, чтобы купить себе что-то перекусить на стендах концессии, я и моя сестра открывали сумки и вынимали оттуда завтрак, который принесли из дома. Дети смотрели на нас, когда мы доставали бутерброды с копченой колбасой. Это выглядело так же, как если бы мы принесли завтрак с собой в школу. Это означало, что мы были бедны. Но сам процесс путешествия во время таких поездок мне все же нравился. Теперь, когда дождь прошел, я могу четко видеть. У одной семьи, с которой мы иногда туда ездили, был фургон. Мы ждали отправления, сидя перед их домом, и через открытые двери фургона, мы могли слышать музыку, доносившуюся из радио. Диву даешься, как некоторые песни могут навеять определенные воспоминания. The Spinners "I'll Be Around" напоминает мне о тех днях. Моя мама имела обыкновение ставить её дома на этой старой восьмидорожечной кассетной деке с такими большими серыми кнопками. Я помню, что на ленту умещалось только по четыре песни на каждую сторону, и мне постоянно хотелось послушать Pointer Sisters или Chaka Khan. Моя мать и сама пела. Люди, как правило, говорили, что она похожа на Chaka. Однажды она попробовала начать певчую карьеру и присоединилась к группе. Там была она, одна женщина по имени Эйлин, и еще два других парня. Они репетировали в клубе Browneyes вниз по улице от нашего дома. Когда моя мать не могла позволить себе нанять приходящую няню, она имела обыкновение брать нас с сестрой с собой, и мы там сидели на колонке. Я помню, что музыка звучала чертовски громко! Она была с группой чуть больше года. После того, как они успешно выступили в Apollo на шоу типа "Алло, мы ищем таланты!", кто-то предложил им отправиться на гастроли. И тогда моя мать покинула группу. Она сказала своим партнерам, чтобы они подыскали себе другую певицу, потому что ей не нравилась идея таскать детей туда-сюда. Она никогда ничего не говорила мне об этом, но я держу пари, что она и по сей день, вероятно, жалеет о тогдашнем своем решении. Моя мама всегда очень хорошо выглядела. У неё было симпатичное лицо, сексуальная улыбка, и весьма привлекательные формы. И еще у неё была такая походка. Когда мы куда-то шли, чуваки на улице, сворачивали головы, чтобы проводить её взглядом. Я этого терпеть не мог. Мне, возможно, было не больше чем четыре года, когда, по дороге в детский сад, я начал слышать как парни на углу, кричат ей, "Эй, милая леди. Какие дела?" Моя мать никогда им не отвечала. Она даже не смотрела в их сторону. "Уууу. Ты такая злючка, такая злючка!" - продолжали они вопить. Я не знал, что означало слово "злючка", но был уверен, что это что-то плохое. Я не хотел, чтобы кто-либо так говорил с моей матерью и после третьего или четвертого раза, когда я это от них услышал, внезапно твердо решил убить всех их без разбора. Каждый раз, когда мы шли мимо, во мне крепла уверенность, что я могу это сделать. Я могу убить взрослого человека. Все, что мне нужно сделать, это вскочить ему на спину, перекрыть кислород, и он мертв Я, конечно, не понимал, что он в легкую уделает такого четырехлетку как я. Несколько раз я по-настоящему к ним оборачивался со зловещим выражением лица: "Не смейте называть мою мать злючкой" "Пойдем, парень, и прикрой свой рот" - бранила она меня. Тогда парни смеялись, а мы шли дальше. Моя мать никогда не думала, что я на самом деле имел в виду то, что говорил, но я был смертельно серьезен. Она была тем самым человеком, которые мне говорил, что я должен заботиться о каких-то вещах. Она же сама говорила мне, что я единственный мужчина в доме, так почему я не должен был считать, что моя работа состоит в том, чтобы защищать её? Я должен был понять тогда, что моя мать занимается чем-то не тем. Если я был единственным мужчиной в доме, то почему у меня постоянно там находилась компания? И всякий раз, когда к моей матери заявлялся очередной приятель, я должен был идти в магазин за хлебом, яйцами и кукурузными хлопьями. Это всегда были именно хлеб, яйца и кукурузные хлопья. Эти парни редко оставались дольше, чем на одну ночь, но я предполагаю, что они сильно нуждались в их завтраке. И конечно, я сам никогда не получал то, что я хотел съесть. Мать меня не слышала. Парням было по барабану. Они же уже получили свою киску.
|
